Константин Бояндин: проза жизни

И запела сердитые песни пурга, ночь кипела бураном, мрачна и долга - ощетинившись хвойно, седая тайга многоглаво скрипела и выла. Где-то в ясной выси, где черны небеса, новый год торопился явить чудеса и, согласных желаний сомкнув голоса, мы о светлом мечтали вполсилы.

За минуту до срока, с собой заодно мы смотрели - но льдом затянуло окно, и манило рубиновой гладью вино, и сквозняк теребил занавеску. Загудел перегруженный счастьем эфир, и явилось добро, и очистило мир, и надежда, искуснее всех ювелир, огранила мне душу до блеска.

Ношу тяжких сомнений, тревоги и бед растворил без остатка грядущего свет - он явился из дали, где времени нет, где ничто не проходит навечно. И, поднявшись над прежней пустой суетой, я горящего неба дышал красотой; я во тьму горизонта летел за мечтой - беззаботно, легко и беспечно.